Иванов Вячеслав в Баку - История изменений

I am: /* Из воспоминаний В. Мануйлова "О Вячеславе Иванове" (прод.) */

2023-03-15T22:53:59Z

Из воспоминаний В. Мануйлова "О Вячеславе Иванове" (прод.)

Jonka в 09:59, 29 марта 2021

2021-03-29T09:59:28Z

Jonka: /* Из воспоминаний В. Мануйлова "О Вячеславе Иванове" (прод.) */

2021-03-29T08:37:03Z

Из воспоминаний В. Мануйлова "О Вячеславе Иванове" (прод.)

Jonka: /* Из воспоминаний В. Мануйлова "О Вячеславе Иванове" (прод.) */

2021-03-29T08:36:14Z

Из воспоминаний В. Мануйлова "О Вячеславе Иванове" (прод.)

Jonka: /* Иванова Л.В. "Воспоминания. Книга об отце" (прод.) */

2021-03-29T08:34:09Z

Иванова Л.В. "Воспоминания. Книга об отце" (прод.)

Jonka: /* Иванова Л.В. "Воспоминания. Книга об отце" (прод.) */

2021-03-29T08:33:10Z

Иванова Л.В. "Воспоминания. Книга об отце" (прод.)

Jonka: /* В. Мануйлов "О Вячеславе Иванове" (прод.) */

2021-03-29T08:22:14Z

В. Мануйлов "О Вячеславе Иванове" (прод.)

Jonka: /* В. Мануйлов "О Вячеславе Иванове" */

2021-03-29T08:20:44Z

В. Мануйлов "О Вячеславе Иванове"

Jonka: /* Иванова Л. В. "Воспоминания. Книга об отце. Часть вторая." */

2021-03-29T08:17:57Z

Иванова Л. В. "Воспоминания. Книга об отце. Часть вторая."

Jonka: /* Иванова Л. В. "Воспоминания. Книга об отце. Часть вторая." */

2021-03-29T08:16:41Z

Иванова Л. В. "Воспоминания. Книга об отце. Часть вторая."

@@ Строка 309: / Строка 309: @@
-Примечания:
 <references/>
 Источники:<br>
 Статья составлена на основе книги "Воспоминания. Книга об отце" Лидии Ивановой, ст. Мануйлова "Вячеслав Иванов", воспоминаний и дневниковых записей учеников В. Иванова и др.

@@ Строка 1: / Строка 1: @@
-==Иванов Вячеслав в Баку==
+==Иванов Вячеслав Иванович в Баку==
 <blockquote>
@@ Строка 12: / Строка 9: @@
 <br>
 На девятый день поезд № 14 доехал до Баку. Все пассажиры из него вышли, кроме нас: нам некуда было направиться.<br>
-Вячеслав пошел взглянуть на город и вдруг встретился с [[Городецкий Сергей Митрофанович|Городецким]]. Оказалось, что он с семьей живет в Баку, что он вступил в партию, что он организовал стенную газету (новинка для этих мест), которую он составляет и издает.<br>
+[[Иванов Вячеслав Иванович - русский поэт-символист, философ, переводчик|Вячеслав]] пошел взглянуть на город и вдруг встретился с [[Городецкий Сергей Митрофанович|Городецким]]. Оказалось, что он с семьей живет в Баку, что он вступил в партию, что он организовал стенную газету (новинка для этих мест), которую он составляет и издает.<br>
 Жилища в городе найти было невозможно, но на первые дни он нас поместил в темную проходную комнату какой-то квартиры, набитой многочисленными семьями. Наш багаж был втащен, и нам разрешили тут же спать на полу. Я вынула из сундуков, что можно было, чтобы смягчить ложе Вячеславу. Помню ноги шагающих через нас людей, когда мы лежали.<br>
 В Баку торговля была — о радость! — еще свободная. Можно было купить чаю, колбасы, хлеба и масла, а добрые наши сожители нам одалживали чайник с кипятком, чтобы мы утешались горячим чаем. Так прошло два, а может быть, три дня. <br>

← Предыдущая		Версия 08:37, 29 марта 2021
Строка 316:		Строка 316:


−	Источники:	+	Источники:<br>
−	Статья составлена на основе книги "Воспоминания. Книга об отце" Лидии Ивановой, ст. Мануйлова "Вячеслав Иванов~~. Воспоминания~~", воспоминаний и дневниковых записей учеников В. Иванова и др.	+	Статья составлена на основе книги "Воспоминания. Книга об отце" Лидии Ивановой, ст. Мануйлова "Вячеслав Иванов", воспоминаний и дневниковых записей учеников В. Иванова и др.

@@ Строка 286: / Строка 286: @@
 В мае 1924 года A. B. Луначарский пригласил В. И. Иванова приехать в Москву, чтобы принять участие в первых Всесоюзных Пушкинских торжествах по случаю 125-летия со дня рождения поэта. Вячеслав Иванович согласился и решил выступить с докладом «Пушкин в 1824 году». Уже тогда предполагалась его поездка в Италию. Это надо было обсудить при встрече с Луначарским и официально оформить.<br>
 И вот, в середине мая Вячеслав Иванович предложил мне ехать с ним в Москву; ехать не только для того, чтобы сопровождать его, но и попытаться с его помощью перевестись в Московский университет.
-Он полагал, что после его отъезда в Италию осиротевшим ученикам будет не просто кончать университет, особенно русистам (возглавлявший кафедру русской литературы профессор A. B. Багрий не скрывал своей неприязни к В. И. Иванову и его ученикам). Надо ли говорить о том, что предложение Вячеслава Ивановича я принял с восторгом?<br>
+Он полагал, что после его отъезда в Италию осиротевшим ученикам будет не просто кончать университет, особенно русистам (возглавлявший кафедру русской литературы профессор [[Багрий Александр Васильевич - литературовед, библиограф.|A. B. Багрий]] не скрывал своей неприязни к В. И. Иванову и его ученикам). Надо ли говорить о том, что предложение Вячеслава Ивановича я принял с восторгом?<br>
 <br>
 мая Вячеслав Иванов выехал из Баку в Москву. Мне удалось получить отпуск из Политотдела Каспийского военного флота, где я тогда служил преподавателем русского языка и литературы в школе повышенного типа «Красная звезда», и я отправился вместе с Вячеславом Ивановичем в одном купе скорого поезда.<br>

@@ Строка 266: / Строка 266: @@
 <br>
 ***
-В Наркомпросе Вячеслава пригласили заведовать секцией искусства. Эта работа брала у него много времени и ввела его в междуусобную войну музыкантов. Дело шло о назначении нового директора консерватории: одни стояли за Айсберга, другие за ростовского Пресман Матвей Леонтьевич - пианист, педагог, общественно-музыкальный деятель|Пресмана. Консерватория одно время даже раскололась на две, и я была ученицей в одной и преподавательницей в другой половине.<br>
+В Наркомпросе Вячеслава пригласили заведовать секцией искусства. Эта работа брала у него много времени и ввела его в междуусобную войну музыкантов. Дело шло о назначении нового директора консерватории: одни стояли за Айсберга, другие за ростовского [[Пресман Матвей Леонтьевич - пианист, педагог, общественно-музыкальный деятель|Пресмана]]. Консерватория одно время даже раскололась на две, и я была ученицей в одной и преподавательницей в другой половине.<br>
 Жил в Баку некоторое время Глиэр, которого азербайджанское правительство выписало в надежде создать тюркскую национальную оперу.<br>
 Были интересные гастроли. Из них запомнились мимолетный концерт двух молоденьких, начинающих артистов: Горовица и Мильштейна. Я была в восторге от Горовица, а мне говорили: «Не увлекайтесь, он продержится два или три года; он кокаинист».<br>

@@ Строка 203: / Строка 203: @@
 ===Иванова Л.В. "Воспоминания. Книга об отце" (прод.)===
-«Чаша» не была единственной группой поэтов. В Баку было много поэтов, объединявшихся в разных кружках. Среди них — поэтесса Татьяна Вечорка. На одно ее стихотворение я написала музыку. Вячеслав никогда не просил меня писать на его стихи, но когда я это делала, был всегда очень счастлив. По поводу романса Вечорки в нем вдруг загорелась ревность: он возненавидел эти стихи и начал их высмеивать. Особенно доставалось «кожаному дивану»:<br>
+«Чаша» не была единственной группой поэтов. В Баку было много поэтов, объединявшихся в разных кружках. Среди них — поэтесса [[Ефимова Татьяна Владимировна|Татьяна Вечорка]]. На одно ее стихотворение я написала музыку. Вячеслав никогда не просил меня писать на его стихи, но когда я это делала, был всегда очень счастлив. По поводу романса Вечорки в нем вдруг загорелась ревность: он возненавидел эти стихи и начал их высмеивать. Особенно доставалось «кожаному дивану»:<br>
 Ну что же? Счастье, может, в том,<br>
 Чтобы войти в твой тихий дом,<br>
@@ Строка 210: / Строка 210: @@
 <br>
 ***
-В Баку в это время вдруг появился Хлебников. Он показался в одно прекрасное утро совершенно неожиданно. Абсолютно ни на кого не похожая фигура, высокий, в кожаном тулупе, обитом бараньей шкурой, меховая шапка, а на ногах какая?то странная обувь. Весь желтый, и одежда и лицо, с большими отеками, как у голодающих. Действительно ли он голодал или был болен, не знаю. Вячеслав страшно обрадовался, так как его очень любил.<br>
+В Баку в это время вдруг появился [[Хлебников Велимир (Виктор Владимирович) - поэт|Хлебников]]. Он показался в одно прекрасное утро совершенно неожиданно. Абсолютно ни на кого не похожая фигура, высокий, в кожаном тулупе, обитом бараньей шкурой, меховая шапка, а на ногах какая?то странная обувь. Весь желтый, и одежда и лицо, с большими отеками, как у голодающих. Действительно ли он голодал или был болен, не знаю. Вячеслав страшно обрадовался, так как его очень любил.<br>
-Жил в Баку и Алексей Крученых. Он заходил к Вячеславу, и они охотно беседовали. Крученых проповедовал свою «заумную речь». Он вскоре уехал в Москву, чтобы действовать на более широком поприще. Из Москвы он писал, что поэтов там великое множество, что их группируют по «стойлам».<br>
+Жил в Баку и [[Крученых Алексей Елисеевич - поэт|Алексей Крученых]]. Он заходил к Вячеславу, и они охотно беседовали. Крученых проповедовал свою «заумную речь». Он вскоре уехал в Москву, чтобы действовать на более широком поприще. Из Москвы он писал, что поэтов там великое множество, что их группируют по «стойлам».<br>
 <br>
 ***
 В Москву некоторые ездили также и на короткий срок, чтобы стряхнуть свой провинциализм. Проф. Селиханович, очень популярный лектор («Введение в философию»), вернувшись из Москвы в Баку, рассказывал Вячеславу с восторгом о новостях в столице и сообщил, что даже сделал некоторые изменения в своей системе, убрав, например, из нее Бога.<br><br>
 Очень полезной для нас лично была поездка в Москву Наркома просвещения Азербайджана Буниат — Заде. После разговоров в Москве он узнал, что есть на свете Вяч. Иванов, и воспылал к нему большим уважением.<br>
-В письме со всякими указаниями Замнаркому Томашевскому была такая приписка: «А особенно кланяйся от меня Вячеславу Иванову и делай все, что ему нужно, чтобы эта знаменитость осталась у нас в Баку именно».<br>
+В письме со всякими указаниями Замнаркому [[Томашевский Всеволод Брониславович|Томашевскому]] была такая приписка: «А особенно кланяйся от меня Вячеславу Иванову и делай все, что ему нужно, чтобы эта знаменитость осталась у нас в Баку именно».<br>
 Впоследствии меня пригласили в подвальный склад Наркомпроса и выдали мне пару настоящих кожаных ботинок (на смену красных чувяков тетки Альтмана, а зима была холодная и даже снежная), два рубашечных отреза белого ситца, один с мушками, а другой в полоску (из них я сшила себе платье, которое мне казалось верхом парижской роскоши) и ночной горшок. Этот последний дар снял с моей души невероятную тяжесть. Нина Васильевна Гуляева одолжила мне свой, когда мы приехали, и я не знала, чем ей заменить его, т. к. старый стал неказистым. Откуда можно такую вещь добыть?
 <br>
@@ Строка 256: / Строка 256: @@
 В результате мне учиться было вольно и радостно, композиторская техника начала немного оперяться, но на экзамене фуги я провалилась. В области музыки провал на экзамене был для меня абсолютно новым и тягостным переживанием. Когда я пришла домой, Вячеслав не только не стал меня утешать, но своими настойчивыми упреками довел меня до полной и отчаянной злобы. «Если тебя провалили, значит, ты была не подготовлена, значит, ты недостаточно изучила все ваши правила». (Вячеслав был исключительно музыкален, но абсолютно не сведущ в области музыкальной техники.)<br>
 Оставшись одна в комнате, я в ярости начала кидать стулья об стену, потом мне их стало жалко, я успокоилась, но в душе осталась горечь. Много позже, когда в Риме пришлось заняться схоластической фугой, я поняла всю степень моей бакинской безграмотности; мне стало ясно, что мой провал был необходим, и что интриги врагов Попова тут были не при чем. Однако, если Мишпо (как мы его дружески звали) и плохо объяснил мне правила фуги, он, с другой стороны, способствовал развитию моей свободной композиции.<br>
-У меня была музыкальная дружба с Ниной Карницкой, приехавшей из Ростова-на-Дону. Она была исключительным явлением. Ей было пятнадцать лет (друзья называли ее Пупс), она была уже на высших курсах по фортепьяно, писала интереснейшую музыку, была очень культурна, развита и интересовалась теософией... Стиль музыки у Пупса был крайне новаторский<ref>О Н. Карнацкой читайте в статье о её отце Карнацком</ref>.
+У меня была музыкальная дружба с Ниной Карницкой<ref>дочь проф. [[Карницкий Андрей Осипович|А.О. Карницкого]]</ref>, приехавшей из Ростова-на-Дону. Она была исключительным явлением. Ей было пятнадцать лет (друзья называли ее Пупс), она была уже на высших курсах по фортепьяно, писала интереснейшую музыку, была очень культурна, развита и интересовалась теософией... Стиль музыки у Пупса был крайне новаторский.<br>
-<br>
 ***
-Появился в Баку музыкант Авраамов. Это был долговязый, рыжий энтузиаст, на вид — голодающий. Все его жалели, подкармливали, слушали его теории.<br>
+Появился в Баку музыкант [[Авраамов (Реварсавр) Арсений Михайлович - композитор, музыкальный критик, фольклорист|Авраамов]]. Это был долговязый, рыжий энтузиаст, на вид — голодающий. Все его жалели, подкармливали, слушали его теории.<br>
 Наступал один из крупных гражданских праздников, и Авраамов задумал его отметить еще невиданной, грандиозной, всенародной симфонией.<br>Трубы всех нефтяных промыслов, окружавших Баку, должны были составить один колоссальный орган, на котором должна была быть сыграна мелодия Интернационала. Каждой сирене поручалась одна нота из мелодии. Маленькие сирены лодок, стоящих в порту, должны были соединяться группами, чтобы составить аккорды для аккомпанемента. Дирижировать всей этой симфонией должен был Авраамов, стоя на батарее и указывая артиллеристам момент, когда они должны были стрелять из портовой пушки. В то же время на каждом нефтяном промысле знали, после какого выстрела их сирена должна была загудеть.<br>
 Авраамов добился разрешения и денег на это у соответствующих учреждений. Подготовка длилась очень долго и была действительно сложна.<br>
@@ Строка 266: / Строка 266: @@
 <br>
 ***
-В Наркомпросе Вячеслава пригласили заведовать секцией искусства. Эта работа брала у него много времени и ввела его в междуусобную войну музыкантов. Дело шло о назначении нового директора консерватории: одни стояли за Айсберга, другие за ростовского Пресмана. Консерватория одно время даже раскололась на две, и я была ученицей в одной и преподавательницей в другой половине.<br>
+В Наркомпросе Вячеслава пригласили заведовать секцией искусства. Эта работа брала у него много времени и ввела его в междуусобную войну музыкантов. Дело шло о назначении нового директора консерватории: одни стояли за Айсберга, другие за ростовского Пресман Матвей Леонтьевич - пианист, педагог, общественно-музыкальный деятель|Пресмана. Консерватория одно время даже раскололась на две, и я была ученицей в одной и преподавательницей в другой половине.<br>
 Жил в Баку некоторое время Глиэр, которого азербайджанское правительство выписало в надежде создать тюркскую национальную оперу.<br>
 Были интересные гастроли. Из них запомнились мимолетный концерт двух молоденьких, начинающих артистов: Горовица и Мильштейна. Я была в восторге от Горовица, а мне говорили: «Не увлекайтесь, он продержится два или три года; он кокаинист».<br>
@@ Строка 281: / Строка 281: @@
 Вячеслава пригласили в Москву для выступления на торжественном чествовании Пушкина в Большом театре<ref> Торжественный вечер произошел 6 июня 1924 г. </ref>.<br>
 <br>
 ===Из воспоминаний В. Мануйлова "О Вячеславе Иванове" (прод.)===
 <blockquote>

@@ Строка 177: / Строка 177: @@
 Михаил Михайлович Сироткин, очень талантливый и многообещающий филолог и поэт, впоследствии занявшийся вопросами педагогики и психологии;<br>
 Андрей Константинович Давидович, тогда студент, впоследствии агроном и садовод;<br>
-Цезарь Самойлович Вольпе, специализировавшийся на изучении жизни и творчества Жуковского и Блока, автор книги «Судьба Блока», в начале 1942 года погибший при эвакуации из Ленинграда в районе Ладожского озера;<br>
+[[Вольпе Цезарь Самойлович|Цезарь Самойлович Вольпе]], специализировавшийся на изучении жизни и творчества Жуковского и Блока, автор книги «Судьба Блока», в начале 1942 года погибший при эвакуации из Ленинграда в районе Ладожского озера;<br>
 Лидия Вячеславовна Иванова, впоследствии композитор, ученица знаменитого Респиги;<br>
 Ксения Михайловна Колобова, впоследствии профессор Ленинградского университета, специалист по античной истории;<br>

@@ Строка 103: / Строка 103: @@
 Университет в ту эпоху был совсем молодым, и чувствовалось, что профессора и студенты относились к нему с любовью, как к чему-то собственному. С центральными властями он имел еще мало соприкосновений и придерживался традиционной старой структуры. Вячеслав там охотно работал. Там же состоялась и торжественная защита его докторской работы «Дионис и прадионисийство».<br>
-===В. Мануйлов "О Вячеславе Иванове"===
+===[[Мануйлов Виктор Андроникович - литературовед|В. Мануйлов]] "О Вячеславе Иванове"===
 Впервые увидел я Вячеслава Иванова ранней весной 1922 года в вестибюле Азербайджанского государственного университета, куда мне удалось поступить на словесное отделение историко-филологического факультета. Высокий, румяный, он шел легкой походкой, не сутулясь, по направлению к своей комнате, отгороженной деревянной перегородкой от вестибюля. Его седые волосы светились и ореолом расходились вокруг большого лба, сливающегося с лысиной.<br>
 — Это Вячеслав Иванов, — с нескрываемой гордостью и восхищением сказал мне мой собеседник. И я навсегда запомнил неповторимый облик этого ученого-филолога, мыслителя и поэта.<br>

@@ Строка 22: / Строка 22: @@
 Новые коллеги пожертвовали своей курительной комнатой, чтобы нас в ней поселить.
 Проф. Селиханович (введение в философию) подарил нам одну из двух своих керосиновых печек, чтобы на ней стряпать.<br>
-[[Гуляев Александр Дмитриевич - философ, ректор АГУ|Проф. Гуляев]] (платоник и убежденный коммунист, хотя и беспартийный) одолжил ведро; кто-то еще подарил котелок для варки риса (царство пшена в Баку заменилось царством риса); студент Моисей Альтман (будущий ученик и друг Вячеслава) стащил для меня у своей тетушки пару красных чувяков (т. к. я оказалась совсем без обуви). — «Ничего, не беспокойтесь, у нее много».<br>
+Проф. [[Гуляев Александр Дмитриевич - философ, ректор АГУ|Гуляев]] (платоник и убежденный коммунист, хотя и беспартийный) одолжил ведро; кто-то еще подарил котелок для варки риса (царство пшена в Баку заменилось царством риса); студент Моисей Альтман (будущий ученик и друг Вячеслава) стащил для меня у своей тетушки пару красных чувяков (т. к. я оказалась совсем без обуви). — «Ничего, не беспокойтесь, у нее много».<br>
 <br>
 Консерватория мне поручила для работы чудный рояль Бехштейна, который занял по крайней мере одну шестую часть нашего нового жилища.<br>